ДВЕ ПАРАДИГМЫ

Данные опроса, проведенного исследовательским центром SuperJob, свидетельствуют, что более двух третей (68%) работающих россиян считают себя трудоголиками. Причем, среди молодежи до 24 лет таких оказалось даже больше — три четверти респондентов (74%)!

И чем выше уровень доходов, тем больше у человека желания отдавать работе все свое время. Например, среди опрошенных, чей доход более 80 тысяч рублей в месяц, таких оказался 71%. Среди россиян, зарабатывающих ежемесячно менее 30 тысяч рублей, — 62%.

О феномене «трудоголизма», о целостном сбалансированном подходе к работе и отдыху мы поговорили с известным российским бизнес-тренером и эксперт в области продаж и управления Александром БЕЛГОРОКОВЫМ и специалистом по карьерному психологическому консультированию Викторией ЕФИМОВОЙ.

Александр БЕЛГОРОКОВ: «Работа может быть отдыхом»

— Вам, как востребованному и известному бизнес-тренеру, приходится много общаться с предпринимателями. Доводилось иметь дело с трудоголиками?

— Я не сталкивался с людьми, которые зависимы от труда, но я знаю, что в некоторых культурах стыдно если ты в данный момент времени ничего не делаешь. Например, я наполовину черкес, и есть такое черкесское слово «хауле» — бездельник. Установка такая — если не знаешь, что делать — иди найди чем занять себя.
Бизнес-тренер Александр Белгороков

Я в этом совершенно не эксперт, и не знаю, существует ли зависимость от труда, но беда в том, что люди искренне заблуждаются, думая, что есть прямая зависимость между тем, как много ты работаешь, и как много ты зарабатываешь. Возможно, эта связь есть, но она очень косвенная. Живущие на постсоветском пространстве получили огромную деформацию, связанную с тем, что успех (скажем, для простоты — деньги) достигается по такой формуле: время твоей жизни, умноженное на компетенции, которые у тебя есть, равно заработная плата.

Возможно, это прозвучит грубо, но в реальности, глобально мир делится на очень небольшое количество «бездельников», которые имеют огромные деньги, и огромное количество людей — миллиардов, которые работают в поте лица и в лучшем случае кормят свои семьи.

— Но Вы знаете людей, которые не умеют отдыхать? Или тех, которые из-за того, что выбирают карьеру, приносят в жертву этой карьере свою семью или свое здоровье?

— Конечно. Я сам частично такой, потому что думаю, что своей старшей дочери я как папа не додал. Много был в разъездах, тренировал девелоперов, и времени на нее не оставалось. Но есть комбинации, где ты можешь совершенно спокойно быть с детьми, с семьей, и на хобби время остается, и ты верующий человек, и бизнес делаешь, и карьеру строишь. Поэтому все можно вместить — нужно большое энергичное сердце. С моей точки зрения, если у человека есть стремление к какому-то улучшению, то грань между работой и не-работой стерта. Фраза «где фокус, там и сила» очень верная.

Я вообще думаю, что понятие, которое американцы ввели и называют «work-life balance» (англ. — «баланс между работой и жизнью»), ошибочное. Вот, например, понятие «декретный отпуск» — это вообще не отпуск, ни разу!

— В Библии есть понятие субботы. Шесть дней работай, а седьмой день покоя…

— Да, необходимо иметь какие-то временные «заповедники», когда ты перефокусируешь свое внимание. Но хронологически это не обязательно 24 часа. Господь же сказал: «Не человек для субботы, а суббота для человека».

В христианской традиции в некотором смысле такая функция возложена на воскресный день. В Италию приезжаешь, на магазине написано «Domenica aperto «Воскресенье открыто», потому что большинство магазинов в этот день не работают.

Я помню, был на китайской чайной церемонии, и человек, который меня туда привел, сказал, что прелесть чайной церемонии не в том, что сейчас происходит, а в том, что кроме этого, сейчас ничего не происходит. Такие моменты необходимы – когда ты в храме, например.

Интересные мысли об отдыхе я услышал от одной моей клиентки, которая проходила у меня обучение по публичным выступлениям. Ее зовут Наталья Михалевская, она из Владивостока, психолог, который специализируется на том, что помогает людям не умеющим отдыхать.

Она сказала, что люди ошибаются, думая, что надо сначала устать, а потом отдохнуть. Наоборот, нужно зарядиться, как батарейка, и начать расходовать энергию. А потом, не доводя до того, когда батарейка полностью сядет, начать заряжать ее снова.

Еще она называла три критерия, когда определяют состояние отдыха. Первое — это когда человек делает что-то, что ему нравится. Причем, вообще неважно, что именно.

Второе – когда ты ничего не контролируешь. Может дома в семье быть ситуация, когда необходим контроль. Я помню, мы летом прошлого года ездили в Черногорию отдыхать, взяли машину в аренду, и эта поездка была сплошным контролем: дети на заднем сиденье ругаются, горный серпантин. Но с этими же людьми можно отдохнуть, если ты сидишь на дне рождения или семейном ужине — другая ситуация.

Можно и в храме стоять и за что-то тревожиться, а можно на работе отдыхать, например на корпоративе.

И третий критерий — нет соревновательности. Когда ты никому ничего не доказываешь.

Поэтому можно в отпуске очень сильно устать, а можно и на работе здорово отдохнуть.

— Что же является залогом такого здорового и цельного отношения к труду и отдыху?

— Как-то я услышал выражение — «свет всегда от себя». Я каждое утро задаю себе вопрос: что максимального могу сделать сегодня для трех аудиторий — ближнего круга, себя и всех людей, с кем соприкоснусь в течение дня. При этом счастливым ощущает себя тот, у кого желание отдавать возникает естественно, без «пистолета у виска». Важно быть направленным наружу, а не в себя. Как любит говорить отец Михаил из храма, куда я хожу, цитируя апостола Павла: «Попечение о плоти не превращайте в похоти» — заботиться о себе нужно, но не превращать это в зацикленность. В стремлении к благам нет ничего плохого, если ты честно зарабатываешь и служишь этими средствами другим.

Это как маятник — с какой амплитудой качнется влево, с такой же качнется вправо. Если настроиться на отдавание в разных сферах жизни — дома, с детьми, с друзьями, с клиентами — то к тебе обязательно вернется: иногда деньгами, иногда теплотой, иногда добрым именем, а иногда чем-то невидимым. Проблема большинства не в том, что они много берут или дают, а в том, что они и берут, и дают мало. При этом я признаю свой дефицит беззаботности — мой любимый герой Львенок-лежебока из мультика. Помните: «Я на солнышке лежу»? Вот и я обожаю моменты, когда можно ничего не делать.

Виктория ЕФИМОВА: «Переработки заполняют пустоту»

— Ты занимаешься карьерным психологическим консультированием, приходилось сталкиваться с трудоголиками?

— С серьезными отклонениями от нормы я не сталкивалась, но с «частично поломанными» трудоголиками приходилось. Ко мне обращались люди, когда обнаруживали себя в состоянии кризиса. Кто-то в погоне за «погонами» терял смысл в деятельности, кого-то обстоятельства жизни останавливали. Они сходили с дистанции и терялись.
Виктория Ефимова

— Это действительно зависимость, подобная другим зависимостям?

— Формально нет, так как это не химическая зависимость и не расстройство, относящее к МКБ (Международная классификация болезней). Хотя такая проблема существует и есть программа помощи «12 шагов Анонимных трудоголиков».

Если коснуться темы отношения человека к труду, то есть такое качество личности, как «трудолюбие», есть зависимость — «трудоголизм» и есть повинность — «труд по экономическому принуждению». Последнее поясню. Человек вынужден перерабатывать по условиям контракта, договора или негласных правил компании, чтобы избежать увольнения и т.д.

В нашем обществе часто трудолюбие и трудоголизм воспринимаются как одно. «Ты такой молодец! Ты так много работаешь! Тебе просто нет цены, берите с него пример!»

Для людей, склонных к перфекционизму, зависимых от чужого одобрения, живущих в семейно-родовых схемах, это становится своего рода ловушкой и подменой здорового отношения к труду.

Есть такое выражение «Чувства любят наряжаться». За любым «-голизмом» всегда есть какая-то пустота и сильное желание (или страсть) её чем-то заполнить. Можно предположить, что данная зависимость маскирует более глубинные потребности, что скрыто от самого человека. Человек убегает в трудоголизм и тем самым происходит компенсация.

Главной причиной трудоголизма человека психологи считают комплекс неполноценности. Что входит в этот комплекс, надо тщательно исследовать в каждом конкретном случае. Это большая объемная тема.

— Есть система координат, которая пришла в наше общество — система координат материального успеха. Как ты думаешь, это усугубляет проблемы во взаимоотношениях с трудом? Культура успеха стимулирует трудоголизм?

Ты очень точно подметил про систему координат. Тренд «успешный успех» с нами почти сто лет и никуда не уходит. В 1926 году вышла книга Джорджа Самюэля Клейсона «Самый богатый человек в Вавилоне» о том, как стать богатым и успешным.

Кстати, много тренингов по финансовой грамотности построено на описанных там 5 «законах богатств», которые и легли в основу системы координат материального успеха.

Здесь очень сильно зависит от того, что вкладывать в понятие «культура успеха».

Если человек живет в обществе, где успех приветствуется, то это будет на него влиять. Человек социален. Я думаю, что быть успешным для светского общества – это некий маркер «богоизбранности».

— Есть мнение, что трудоголизм — это форма современного идолопоклонства. Идолам приносят жертвы. Что становится жертвой трудоголика?

— Время. Жизнь и всё, что её наполняет ценностью.

— В Новом завете, в Евангелие от Матфея (16:26), говорится, что возможно весь мир приобрести, а душу погубить. Как это происходит?

— Там есть продолжение: «или какой выкуп даст человек за душу свою?».

Трудоголика очень легко распознать: он говорит и думает только о работе. В его жизни, уме и даже сердце не остается места ничему и никому другому.

«Выкупить свою душу» (звучит, конечно, странно) можно только тем, что дать в ней место Богу. Пригласить Его в свою жизнь, навести порядок. А потом уже с Ним можно и мир приобретать.

— А лично тебя эта проблема коснулась?

— Коснулась по касательной. Шучу. У меня были разные периоды трудовой деятельности, когда я не осознавала, что мной движет в работе. Более 23 лет я проработала в банковской сфере, где каждый сотрудник работает по прописанному регламенту в жестком операционном процессе, ограничен во времени и, к сожалению, в пространстве. Были периоды, когда я не могла насытиться процессом. Сядешь утром за стол, поднимешь голову — уже вечер. Мне нравилось доводить всё до идеала. Моя грандиозность росла, как на дрожжах. Потом начались переработки. Встать со своего рабочего места вовремя в конце рабочего дня означало, что у тебя мало работы. Негласно руководство озвучило правило «ненормированного рабочего дня».

— Ты верующий человек с семейными ценностями, приходилось сталкиваться с таким выбором — карьера или вера, карьера или семья?

— Да, приходилось и не раз. Служба безопасности банка вела «разъяснительные» беседы о моей вере в Бога, ставили условия повышения по должности. Тогда очень интересно всё получилось – и от веры не отреклась, и продвижение вверх пошло.

А выбор в пользу семьи – это увольнение из банка и перевод сына на семейное обучение. С позиции руководителя офиса банка на должность домашнего учителя. Интересный был жизненный опыт.

— Перейдем к практике: как распознать трудоголизм? и как его победить?

— Сигналы – это повышенный интерес к текущей и новым видам деятельности, азарт, требовательность к себе и к другим, гиперконтроль и гиперответственность, раздражительность и агрессия, страх критики и неудачи, переработки, работа в нерабочие часы, эмоциональная недоступность и другое.

Если не замечать очевидные признаки саморазрушения, то трудоголиков может кинуть в другие зависимости.

Избавиться от трудоголизма можно только признав его в себе, а потом вместе со специалистом найти причину трудоголизма.

Роман УСАЧЁВ